Комиссия по смене пола

Комиссия по смене пола

Врачи, психологи и сами транслюди рассказали, что происходит с ними pexels.com

Тема трансгендеров сегодня — одна из самых популярных в российском обществе. И это не только интерес к чему-то непонятному и экзотическому — его диктует сама жизнь: в крупных городах транссообщества насчитывают уже десятки тысяч человек.

Их не просто становится больше: трансактивисты объединяются, учатся отстаивать свои права, а некоторые решаются «выйти из тени» и открыться миру. Однако для обывателя трансгендерные люди все еще остаются загадкой.

Что толкает их на изменение своей внешности? Какие операции они делают и сколько это стоит? Все о смене пола в современной России — в рассказе врачей, психологов и самих транслюдей — на «URA.RU».

Трансгендерные люди среди нас

По данным медиков, ежегодно в каждом крупном городе России от нескольких человек до нескольких десятков совершают трансгендерный переход. Однако данных о том, сколько всего в России трансгендерных людей, нет. Нет их и в мире.

«Самое известное исследование проводилось в Америке: людей спрашивали: „Вы трансгендерный человек?“ — рассказал „URA.RU“ координатор трансгендерной инициативной группы „Т-Действие“ (г. Санкт-Петербург) Антон Макинтош.

— Результат варьировался от штата к штату: в Сан-Франциско и Вашингтоне доходило до 2 процентов, в южных штатах (Алабама, Техас и др.) — 0,2 — 0,3 процента».

Если взять население Москвы (11,9 млн человек) и высчитать эти 0,2 — 0,3 процента, получится 20-30 тысяч трансгендеров.

Комиссия по смене пола

Санкт-Петербург — трансгендерная столица России

Владимир Жабриков © URA.RU

«Есть еще миграция, потому что в глубинке трансгендерным людям жить невозможно, и они переезжают в столицы, — говорит Макинтош. — Санкт-Петербург считается трансстолицей России — понятно, что здесь процент трансгендерных людей выше».

Есть также данные, что трансженщин (mail-to-female — людей с мужским полом при рождении, ощущающих себя женщинами) в мире больше трансмужчин (наоборот: женского пола при рождении, чувствующих себя мужчинами).

И только в России наоборот: людей, совершающих переход в мужскую сторону, больше.

Самый сложный вопрос — кого считать трансгендером. «Далеко не каждый трансгендерный человек испытывает дискомфорт от своего тела, — объясняет Светлана Бондаренко, специалист по социальной работе Российского ЛГБТ-проекта «PULSAR» (Омск). —

Кто-то удалил грудь, начал принимать гормональную терапию — и ему этого достаточно. Да и вообще транссексуальность (когда человек меняет свою внешность — прим. ред.) — лишь один из вариантов трансгендерности.

Есть бигендеры, которые ощущают в себе одновременно и мужское, и женское начало, есть гендерфлюиды, у которых гендерная идентичность меняется (в одно время он ощущает в себе женский гендер, в другое время — мужской). В этой теме все сложно».

Как становятся трансгендерами?

Никак. Истории о том, что человек жил всю жизнь мужчиной, а потом внезапно решил стать женщиной (или наоборот) — это мифы. Стать трансгендерным невозможно — можно только родиться. По признанию самих трансгендерных людей, они с детства ощущают себя существом другого пола. Правда, осознание своей идентичности может происходить в разном возрасте.

«Когда я только родился, у меня было очень много вопросов к родителям: почему меня одевают как девочку, называют как девочку? — рассказывает трансгендер Александр из Мурманска.

— Я-то с самого раннего детства понимал, что я мужчина, а не женщина. И считал, что это они, мои родители, странные, раз ведут себя так. Позже, когда я увидел физиологические отличия мальчиков от девочек, я стал задумываться.

Не знал, что делать и к кому обращаться».

Бывает, что человек осознает свою принадлежность к другому полу в переходном возрасте, когда у подростков начинаются первые влюбленности.

Если мальчик в облике девочке вдруг понимает, что ей нравятся не мальчики, а девочки, появляются вопросы и острая необходимость разобраться с собой.

А также проблемы — многие трансгендерные люди, осознавшие свою идентичность, встречают неприятие этого со стороны близких.

«Среди моих знакомых нет ни одного человека, кто не сталкивался бы с негативом, с непониманием, с насилием: всех бьют, обижают, кого-то родители выгоняют из дома, — рассказывает Александр. — Одного моего знакомого (он трансмужчина) родители не хотят ни видеть, ни слышать. Таких случаев очень много. У меня, к счастью, родители все поняли и приняли.

Мама даже обрадовалась, когда я совершил переход. И заявила, что надо было сделать это раньше: «Ты бы не мучился столько времени!»».

Как происходит транспереход?

Бывают случаи, когда люди решаются на трансгендерный переход (изменение своего облика и паспортных данных) уже в зрелом возрасте, имея семью и детей.

Несколько лет назад на всю страну прогремела история бывшего десантника и спортивного обозревателя Юрия Оводова из Екатеринбурга, ставшего Юлией Соловьевой: ни ее пожилые родители, ни ее дети так и не смогли принять ее выбор.

Поэтому считается: чем раньше происходит трансгендерный переход, тем лучше.

Комиссия по смене пола

История бывшего десантника и спортивного обозревателя Юрия Оводова из Екатеринбурга, ставшего Юлией Соловьевой, облетела все СМИ. Юлия даже ездила к «Пусть говорят»

Коллаж: URA.RU, фото — со страниц Юлии Соловьевой и Юрия Оводова в соцсетях

Со сменой паспорта до прошлого года были большие проблемы — приходилось добиваться этого через суд. «ЗАГСы не брали на себя смелость принять такое решение, потому что они не понимали, что именно считать сменой пола, — поясняет Антон Макинтош.

— С появлением в октябре 2017 года приказа Минздрава и введением справок единого образца стало легче» (трансгендерное сообщество, кстати, активно участвовало в подготовке этого приказа в ходе общественных обсуждений, и многие рекомендации транс-активистов были в нем учтены).

«Согласно этому приказу, человек, который испытывает такие переживания, обращается к участковому врача-психиатру и становится у него под наблюдение, — рассказал „URA.RU“ руководитель Клиники неврозов (Екатеринбург) Михаил Перцель. — Далее врач-психиатр направляет пациента на врачебную комиссию, которая окончательно ставит диагноз. В нее входят психиатр, психолог, сексолог».

В Екатеринбурге такие комиссии есть в Клинике неврозов и в Свердловской областной психиатрической больнице. По словам медиков, все эти услуги (наблюдение у врача-психиатра и заключение комиссии) бесплатны — в рамках программ оказания психиатрической помощи.

В женской консультации говорят: «Извращенец, что ты здесь делаешь?»

После комиссии человеку выдают две справки: одна — для смены документов, другая — разрешение на проведение хирургических операций и прием гормональных препаратов.

«По идее, схему приема лекарств должен разработать эндокринолог, нужно сдавать анализы, в том числе на онкомаркеры, но многие плюют на все это и начинают принимать гормоны раньше, на свой страх и риск», — говорит Александр.

«Люди хотят видеть себя в зеркале ближе к желаемому образу», — объясняют трансактивисты.

Комиссия по смене пола

Австралийская модель Андреа Пежич — один из самых известных транссексуалов в мире (ранее модель была мужчиной)

Instagram andrejapejic

Препараты недешевые: ампула тестостерона стоит около тысячи рублей (периодичность уколов — в среднем один раз в 14 дней) плюс периодически нужно сдавать анализы.

Трансженщинам начать гормональную терапию проще: препараты с женскими гормонами продаются в аптеке (в отличие от мужских гормонов, которые приходится доставать на «черном рынке», поскольку тестостерон запрещен для свободной продажи).

Женские гормоны при длительном применении приводят к химической кастрации.

Именно в этот переходный период транслюди сталкиваются с огромными сложностями во внешнем мире: гормоны уже влияют на голос и внешность (например, у трансмужчин начинает расти борода). «Пока не сделана гистерэктомия (удаление матки), нужно проходить гинеколога. Разумеется, в женской консультации.

Приходишь туда с бородой «до колена» и просишь талончик — не все это понимают, — рассказывает Александр. — Сидишь в очереди с женщинами, которые смотрят на тебя косо, начинают обсуждать, хихикать или оскорблять.

Могут отнестись агрессивно — были случаи, когда прогоняли: «Извращенец, что ты здесь делаешь!» Бывало, что прогоняли и сами медики. К счастью, есть и врачи, которые относятся адекватно».

На операцию копят годами

Для «превращения мужчины в женщину» есть разные методики, одна из самых распространенных — формирование неовагины из мужского пениса (смотрите видео). Многие предпочитают делать эту операцию в Таиланде, где врачи «набили руку» на таких манипуляциях.

«Недавно знакомая ездила в Таиланд, во всемирно известную клинику в Бангкоке, где делается по две таких операции в день и где все отработано годами (можно даже выбрать внешний вид будущего органа), — рассказал один из трансгендеров.

— Сама операция стоила около 600 тысяч рублей плюс перелет, проживание, препараты — суммарно около миллиона рублей».

Трансформация в сторону мужского облика дороже: последовательно выполняются три хирургических операции: мастэктомия (удаление груди), гистерэктомия (удаление матки — это необходимо, так она вырабатывает женские гормоны) и фаллопластика (фаллопротезирование).

Все это достаточно дорого. Например, в одной из московских клиник корреспонденту «URA.RU» сообщили, что гистерэктомия обойдется в 147 тысяч рублей (103 тысячи — сама операция плюс наркоз, госпитализация и анализы), а фаллоуретропластика — 407 тысяч рублей.

Стоимость всех трех операций в России — от 1,5 миллиона рублей.

Проблема не только в стоимости, но и в том, где делать операцию. Скажем, в столице Урала Екатеринбурге можно сделать только удаление груди (такие операции выполняют, например, в клинике «РЖД Медицина»).

А вот остальные операции нигде не делают (единственная клиника, которая могла бы взяться за их выполнение — Центр пластической хирургии и косметологии, но там журналистов клятвенно заверили: «Операции для транссексуалов не делаем».

Транслюдям приходится ехать в столичные больницы или также за границу.

Последний этап (фаллопластику) многие не делают. «Это очень дорого и несовершенно: есть большие риски, что в уретре будут свищи (полости), — рассказывает Александр.

— Представляете, человек много лет копит деньги, чтобы сделать операцию, а потом оказывается, что нужна коррекция. Бывали и случаи нагноения, и приходится все отрезать.

К тому же, сейчас есть множество фаллоимитаторов — какой смысл заморачиваться за операцию?».

«Это идеи психиатров 50-х годов прошлого века о том, что человек должен сделать свое тело как можно более цисгендерным: мужчина должен быть мужчиной (с бородой, членом и яйцами), а женщина — быть очень женственной (и обязательно с вагиной), — объясняет Антон. — Это не цель многих транслюдей. Никто не обязан этого делать: каждый делает переход, ориентируясь на свой комфорт, и где эта точка комфорта — это индивидуальный выбор каждого человека».

Трансгендеры и общество

Сегодня российские трансгендеры живут под прессом стигмы и дискриминации.

«У них возникают проблемы в обществе: человек живет в своем гендере, а в документах еще может сохраняться приписанный от рождения гендер (смена документов у нас в стране пока еще длительный процесс), и получается, что люди видят в документах одно, а воочию другое — отсюда сложности с трудоустройством, с работой, они могут становиться объектами для шантажа, манипуляций», — говорит ЛГБТ-активист Светлана Бондаренко.

Из-за сложностей с документами и трудоустройством часть транслюдей работает в сфере оказания интимных услуг. «Большинство из них — это трансженщины, поскольку они наиболее стагматизированы в обществе, а в интим-услугах такая „экзотика“ очень востребована, — признается один из трансгендеров. — Трансмускулинные люди тоже работают в интимных услугах, но в меньшей степени».

Последний «писк моды» в интим-услугах и порноиндустрии — «шимейл»: человек, который выглядит как женщина, но при этом имеет пенис (желательно, работающий). «Некоторые из них — действительно транслюди, которые просто остановились на каком-то этапе трансформации, — рассказывает трансгендерный собеседник.

— А часть — это обычные люди, которые таким образом просто зарабатывают, снимая с себя после работы силиконовую грудь и продолжая вести обычную жизнь». По его словам, термин «шимейл» некорректный и непристойный. «Грубо говоря, это „девушка с членом“ — разве можно нас так называть?» — говорит трансгендер.

Вместе с тем, по словам представителей транс-сообщества, они замечают, что отношение к ним в обществе постепенно начинает меняться.

«Влияет то, что этой теме сегодня уделяется внимание: все больше людей, для которых трансгендерные люди и информация о них — это не диковинка, а реальность, в которой они живут, — говорит Светлана Бондаренко. — Да и сами трансгендеры становятся все более открытыми. Надеюсь, что наше общество изменится и будет более толерантным по отношению к таким людям».

«Пришел на прием к сексологу и сказал, что я парень. Мне сказали, что нет». История трансгендера, которому удалось сменить пол в паспорте

В 2017 году мы писали, что Евгений уже два года в процессе трансгендерного перехода. В 2018-м рассказывали о том, что он вышел замуж. Два дня назад Женя получил новый паспорт с отметкой «М» в графе «пол». Чего ему это стоило, он рассказал CityDog.by.

– Два дня назад я получил новый паспорт – в нем имя Евгений Дмитриевич Сеньков и отметка «М» в графе «Пол». Буквально через десять минут после того, как мне его выдали, я умудрился словить штраф за безбилетный проезд, и контролеры оформляли на мое имя квитанцию.

В процессе никаких недопониманий не возникло, и меня это весьма обрадовало – значит, выгляжу прекрасно. А дело все в том, что предыдущий мой паспорт был на имя Дарьи Сеньковой. Это у нас в государстве называется «смена половой принадлежности», а цивилизованным языком – коррекция биологического пола.

Комиссия по смене пола

Я уже бывал на CityDog.by в качестве героя – рассказывал про свой трансгендерный переход и про свадьбу с любимым человеком. Теперь вот делюсь счастливой новостью: я уже два дня официально Евгений, и мои права чуть-чуть более защищены, чем было раньше. Самое время рассказать, что я для этого сделал, – такой информации в белорусском медиапространстве критически мало.

«Я пришел на первый прием к сексологу и сказал, что я парень. Мне, конечно же, сказали, что нет»

Около трех лет назад я стал на учет в минском Центре пограничных состояний и психотерапии. Всю информацию о том, куда идти и что делать, я получал от знакомых транс*людей, которые уже были в процессе перехода.

Читайте также:  Симптомы шизофрении у подростков: разноплановость и выразительность

Прогуглить такое довольно сложно – о самой возможности транс-перехода я узнал только лет в пятнадцать от правозащитников.

До этого думал, что трансгендеры есть только в Америке и что все они поголовно гермафродиты (слова «интерсекс» я тогда не знал, но и с ним ближе к правде не оказался бы).

Я пришел на первый прием к сексологу и сказал, что я парень. Мне, конечно же, сказали, что нет. Так я беседовал с ним и с психологиней раз в три месяца на протяжении почти трех лет.

Примерно так же строились разговоры с другими специалистами, а их было много: я сдал массу анализов, прошел множество обследований, даже полежал в Новинках.

К слову, я очень неудачно попал на тот период, когда ведение пациентов с «синдромом отрицания пола» (как же меня воротит от этой формулировки) переносилось из Центра пограничных состояний в РНПЦ в Новинках – теперь по поводу трансгендерности обращаться нужно сразу туда.

Из-за всей этой бюрократической возни приличное количество транс*людей зависло в ожидании комиссий, которые дают разрешение на смену документов, начало гормонотерапии, операции и т.д. Так я потерял год, и у меня почти опустились руки.

Комиссия по смене пола

«Комиссия сочла меня достаточно мужчиной, чтобы разрешить смену документов»

Комиссия состоялась в декабре 2018-го: компания врачей и не только – до сих пор пытаюсь понять, почему мое будущее зависело в том числе от, например, представителя МВД, – сочла меня достаточно мужчиной, чтобы разрешить смену документов.

Для того чтобы быть «достаточно мужчиной», я транслировал всю положенную мне природой маскулинность (а природа мне ее почти не положила).

Корчит от этого неимоверно: машинально проверяешь, достаточно ли у тебя в сидячем положении расставлены ноги, чтобы выглядеть более брутально. Бред полнейший, но здесь впечатление решает все.

Надеюсь, однажды эти люди поймут, что не обязательно с детства играть в машинки, обожать спорт и приставать к женщинам, чтобы быть мужчиной.

«В загсе не хотели обидеть – скорее, просто не знали, что делать»

С разрешением от комиссии я пошел в загс, потом – в расчетно-справочный центр, и это были два месяца боли, страданий и бюрократического ада.

За всю жизнь столько бланков не заполнял и документов не ксерокопировал. То ли единой внятной инструкции у них нет, то ли они ее просто не знают, не помнят или не хотят помнить.

Каждый раз это было как «э-э-э, Марина, подойди сюда, я не знаю, как это оформлять». Но, надо сказать, я ожидал большего негатива от работников загса и центра. Не все в Беларуси такие трансфобы, какие попадались в моем окружении. Эти не хотели обидеть – скорее, просто не знали, что делать.

Сначала было заявление о внесении изменений в данные чего-то там, потом загс делал запрос в МВД, чтобы убедиться, что я не преступник, скрывающийся от закона. Через неделю мне выдали новое свидетельство о рождении и справку об изменениях.

Жаль, что сменить фамилию на совсем другую не получилось: я планировал сделать паспортной фамилию Велько, с которой уже давно публикуюсь в СМИ, но белорусская бюрократия решила, что это две отдельные операции, а потому я имею право взять новую фамилию только после того, как получу паспорт по разрешению психиатрии. А это заняло бы в два раза больше времени, что не очень весело.

Комиссия по смене пола

Потом в справочно-информационном центре я написал заявление на получение нового паспорта. Поскольку работаю я по распределению и деньги получаю крайне скромные, доплачивать за срочность не захотел – в итоге ждал месяц.

«Коллеги смотрят на меня слегка круглыми глазами»

Теперь занимаюсь переоформлением документов на работе – коллеги смотрят на меня слегка круглыми глазами, но, к счастью, открыто меня жизни не учат.

Потом придется менять договоры на банковские карты, мобильную связь, получать новые дипломы в школе и университете – думаю, тоже будет весело. Но сложнее, чем было, точно не будет – по крайней мере морально.

Я действительно очень рад, что у меня нашлись на все это силы, и хотел бы, чтобы эти силы были и у других транс*людей в Беларуси. Какой бы утомительной и болезненной ни была вся эта процедура, поверьте, она стоит того чувства, когда в руках оказывается паспорт с твоим – по-настоящему твоим – именем.

Перепечатка материалов CityDog.by возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.

CityDog.by.

"Смена пола — это необратимо, обратной дороги не будет"

Законопроект о запрете смены пола без медицинских показаний и введении штрафа до 150 тысяч рублей за неисполнение этой нормы подготовил депутат Госдумы Виталий Милонов.

Комиссия по смене пола

По мнению парламентария, разрешение врачебной комиссии на операцию может быть дано только в случае врожденных патологий или психического расстройства, которое не удается вылечить.

В законопроекте Милонова упоминается и транссексуализм, который все еще включен в перечень психических расстройств Международной классификации болезней. Депутат соглашается с необходимостью операций для этой категории людей, но только если их состояние действительно подтверждено диагнозом.

Идею поддержали в медицинском сообществе: врачи отмечают, что операция по смене пола сокращает продолжительность жизни.

Законотворческую инициативу Виталия Милонова по просьбе Pravda.Ru прокомментировал заведующий отделением андрологии и урологии Клиники профессора Калинченко Евгений Греков.

— Ваше отношение к инициативе депутата Милонова?

— Я не совсем понимаю, почему этот законопроект вызвал столько шума. Там же написано: наказывать врачей, которые без медицинских показаний проводят оперативное вмешательство.

То есть в дело в том, что подобные операции нельзя проводить без заключения экспертной комиссии. Но и до этого никто не делал без заключений операции.

Хотя пациенты, конечно, пытались как-то заинтересовать врачей, чтобы их прооперировали без соответствующих показаний.

Но мы никогда и не делаем такие операции без заключения психиатра, без поставленного диагноза, без решения врачебной комиссии. Ведь такая операция необратима.

Таким образом получается, что Милонов в какой-то мере пытается защитить врачей. Ведь если хирург по незнанию пойдет навстречу пациенту — а пациенты у нас сейчас пошли очень непростые — и прооперирует его, то потом этот пациент спокойно может подать на врача в суд.

А потом доктор будет пожизненно выплачивать деньги бывшему пациенту за удаление либо яичек, либо полового члена, либо за проведенную мастэктомию. Вот и все. То есть еще раз всех Милонов предупредил — не надо идти на поводу у пациента.

— Насколько это сложная процедура для пациента, чтобы собрать все документы? Кто входит в комиссию, принимающую окончательное решение об операции?

— Пациент должен наблюдаться у эндокринолога и у психиатра. В комиссию, которая принимает решение о необходимости операции и, соответственно, смене документов, должны входить психиатр, эндокринолог, терапевт, хирург. И при этом пациент уже должен быть на терапии половыми гормонами.

То есть, пациент, который уже осуществляет первичный переход на терапию половыми гормонами, осматривается специалистами, которые определяют, как он переносит новое состояние в эмоциональном и физическом плане.

— А если в ходе гормональной терапии пациент понял, что совершил ошибку, все можно повернуть вспять?

— Да, конечно. При гормональной терапии все обратимо. Пациент должен не меньше двух месяцев получать гормональную терапию, и два года наблюдаться в психдиспансере с периодической госпитализацией.

Но сейчас идут разговоры, что с госпитализацией дело прекращают, он просто будет наблюдаться у психиатра, эндокринолога, и далее уже пациенту будет собрана комиссия с решением вопроса, что у него не шизофрения, и о постановке диагноза «Транссексуализм» для дальнейшей коррекции пола при помощи операции.

— В РФ операции по смене пола проводят только частные клиники? Или государственные тоже?

  • — Нет, государственные тоже проводят подобные операции, но квотами это не оплачивается.
  • — То есть это исключительно платная операция?
  • Да, довольно-таки сложно выбить квоту на это, потому что это относится к пластической хирургии в какой-то мере, ведь всем нужна и красота.
  • — Сколько стоит операция по смене пола?

— Операция по полному переходу в другой пол в Европе стоит 20 тысяч евро, у нас чуть дешевле. Но в Европе юридически все это немножко побыстрее происходит, чем у нас. Ну и, все-таки, у них набор инструментов немного получше. У меня коллеги Сокольщик, Адамян этим занимаются, все замечательные хирурги. А сама операция идет очень долго — до 12 часов.

«Третий пол» шагает по планете?

Как в Петербурге поменять документы и найти работу с «чужим» паспортом — в монологах трансгендерных людей

Люди, чье осознание себя не совпадает с их биологическим полом, в России имеют право поменять имя и паспорт.

«Переход», включающий в себя медицинскую комиссию, а также многочисленные бюрократические процедуры, в том числе суд, может отнять несколько лет, в течение которых многие вынуждены сидеть без работы.

Как ходить по собеседованиям и расплачиваться банковской картой с документами на другое имя, обязательно ли делать хирургическую операцию ради нового паспорта и сколько стоит «сменить пол» в Петербурге — в монологах трансгендерных мужчин и женщин. Комиссия по смене пола

Роман, 27 лет: об онкофобии и о последствиях мастэктомии

— Я осуществил «переход» около двух лет назад. В зависимости от ситуации процесс может включать в себя несколько стадий. Кому-то достаточно полугода гормональной терапии, после чего он меняет документы и счастливо живет. Мне потребовались еще две операции — мастэктомия (удаление молочных желез) и гистерэктомия (удаление матки).

Перед операцией и гормонами необходимо пройти медицинскую комиссию, которая должна поставить диагноз «транссексуализм». Я проходил комиссию под руководством Исаева (психиатр Дмитрий Исаев возглавлял медицинскую комиссию Педиатрического университета Петербурга, расформированную летом 2015 года после жалоб православных активистов, — прим. «Бумаги»).

Получив разрешение, обычно начинают принимать гормоны, но у меня страшная онкофобия, к этому есть предпосылки, поэтому я проводил все операции до гормонотерапии.

Рекомендуется делать наоборот, чтобы мягче проходило лишение организма естественных гормонов. Иначе может наступить климакс, а это очень мощный удар для здоровья. Например, иногда седеют волосы.

Я поймал первые симптомы: меня кидало то в жар, то в холод, трясло. Но после первого же укола гормонов почувствовал себя лучше.

После операции могут быть и другие проблемы со здоровьем. Никогда не знаешь, что у тебя внезапно стрельнет. У меня, например, артрит усилился. Я хромал, ходил с тростью.

Вообще, врачи рекомендуют делать операцию — из-за опасности онкологии. Особенно удаление молочных желез. Но, скорее всего, после мастэктомии будут шрамы, скорее всего, они будут некрасивые.

Я в любом случае хотел сделать операцию, потому что у меня был совершенно эпический четвертый размер груди. Перед операцией мне также пришлось сбросить вес — это было требование врачей.

Я тогда весил около 100 кг — набрал от стресса очень много. К началу «перехода» похудел на 20 кг.

Надо сказать, что на протяжении всего «перехода» я посещал психотерапевта и даже сейчас продолжаю. Сначала я пришел в «Выход», к психологам.

Читайте также:  Нервная булимия как излечимое психическое расстройство. Терапия по нормализации пищеварения в Москве.

Там сказали, что мне нужен именно психотерапевт, и я очень им за это благодарен: они поняли, что «просто поговорить» мне недостаточно. Без психотерапевта процесс был бы гораздо более мучительный.

Или я бы растерял последних друзей, потому что все проблемы нес к ним.

После операции могут быть проблемы со здоровьем. Никогда не знаешь, что у тебя внезапно стрельнет

Перед «переходом» стоит настроиться на то, что всё это будет платно и еще раз платно. Я в итоге потратил около 150 тысяч рублей. Из бесплатного — анализы в поликлинике.

Я пытался сократить этот период, насколько было возможно. Приходилось очень тяжело. Например, в магазине не расплатиться банковской карточкой, не купить алкоголь. Говорят, что «это не твой паспорт, мальчик, иди отсюда».

Полгода просидел без работы: был в таком взвинченном состоянии, что просто не справлялся. Знаю людей, которых выгоняли. Я ушел сам. Начал сильно косячить и понял, что проще уйти, иначе бы меня уволили.

В мае, спустя полгода после подачи документов, получил новый паспорт. Мне повезло, что документы дали без суда, тогда такое еще было возможно.

С агрессией чиновников практически не сталкивался.

Был забавный случай: когда я пришел писать заявление о смене паспорта и свидетельства о рождении, выяснилось, что у меня не хватает документов, а свидетельство о рождении я вообще потерял.

В загсе сидит немолодая женщина, бубнит радио, что-то про ЛГБТ: «…извращенцы… бубубу… пускай уезжают». И эта женщина параллельно совершенно спокойным голосом говорит мне: вот здесь распишитесь, сдайте то-то и то-то.

Мне также пришлось идти в военкомат, потому что я собрался в Финляндию и мне нужен был загранпаспорт. Однако и там не было ни одного агрессивного в мой адрес.

На моей нынешней работе никто не знает, что я трансчеловек. Сейчас планирую поехать в Финляндию учиться и хочу там остаться жить.

Виталий, 34 года: о походе в военкомат и работе в LifeNews

— Первый раз я пришел в комиссию больше пяти лет назад. Я действительно собирался получить разрешение, прошел практически все обследования, но в какой-то момент «труханул» и не дошел до конца.

«Переход» и всё, что с ним связано, всегда меня очень пугал. Необходимо было создать некий запас, в первую очередь финансовый, чтобы пережить это время. Были проблемы с родителями и всё прочее. Потом, у любого трансгендерного человека есть страх, что разрешение по какой-то причине не дадут.

Восемь лет я прожил в Москве, где работал на федеральных каналах, потом переехал в Петербург и купил хостел. Здесь у меня наконец-то появилось время заняться «переходом» и прошли все страхи. Это был 2015 год, буквально перед закрытием комиссии Исаева.

Справку я получил в марте, в мае начал принимать гормоны. На тот момент у меня уже была сделана мастэктомия. Тут мне повезло, потому что на телевидении я работал на медицинской программе и вокруг меня были одни врачи.

В сентябре с заключением комиссии я пошел в загс. Там мне объяснили, что пришла какая-то непонятная директива о том, что решение о перемене пола теперь должен принять суд. Раньше в Питере выдавали документы без суда. Даже был некий туристический тренд — поехать в Питер поменять паспорт. Сейчас это вряд ли удастся сделать.

Могу сказать, что в загсе мне всячески помогали. Не затягивали с выдачей отказа, который могли бы держать месяц. Скорее, я чувствовал неловкость. Мне даже казалось, что со мной носятся как с писаной торбой. Слишком улыбались, слишком были благожелательны.

«Переход» и всё, что с ним связано, всегда меня очень пугал. Необходимо было создать некий запас, в первую очередь, финансовый, чтобы пережить это время

С отказом от загса я пошел в суд. Тогда еще не было судебной практики по Петербургу, но тут мне повезло с Ксенией Кириченко (координатор программы «Стратегическое судопроизводство» ЛГБТ-инициативной группы «Выход» — прим. «Бумаги»), которая вела мое дело. Может быть, суд перегружен, конечно, но судебное решение я получил только в феврале.

Ходил я и в военкомат. Несмотря на то, что мне уже больше 27 лет, по закону у меня должен быть военный билет. Прихожу сначала к девушке. Показываю ей сразу свой паспорт (на тот момент еще старый), чтобы не объяснять.

Она, конечно, сильно удивилась и отправила меня к начальнику военкомата. Он отреагировал достаточно лояльно, особенно для человека военного. Говорит: у меня уже был такой случай в Калининском районе. Может, пронесло.

Может, если ты в себе уверен, так и люди тебя спокойно воспринимают.

Пока я ходил со старыми документами, конечно, возникали проблемы. Пару раз я не мог расплатиться банковской карточкой, потому что она якобы не моя. Были большие трудности с фитнес-клубом.

Договор оформлен на женское имя, соответственно, я должен ходить в женскую раздевалку. Благо, клуб находился рядом с домом, поэтому я там особо никогда не переодевался.

Но достаточно часто были ситуации, когда женщины в возрасте указывали мне на то, что я ошибся раздевалкой.

Может, пронесло. Может, если ты в себе уверен, так и люди тебя спокойно воспринимают

С работой тоже были проблемы. Какое-то время я работал в такси, потому что нужно было как-то выживать. В развозку пиццы меня не взяли. Я приехал со старыми документами туда, назвал свою старую фамилию на ресепшене. Мне сразу сказали, что не возьмут.

С журналистской работой у меня тоже не срослось. В Петербурге вообще мало работы для телевизионщиков. Была странная ситуация с каналом LifeNews в прошлом году. Я пришел туда работать продюсером. Проработал неделю, всех всё устраивало.

До тех пор, пока я не пришел в отдел кадров оформляться на работу и не принес старые документы. Почему меня в итоге не взяли, я не очень понимаю, но был допрос в течение часа в закрытой комнате от службы безопасности телеканала, где меня спрашивали всё о моей личной жизни, в том числе почему я приехал сюда из Москвы.

После этого разговора отдел кадров вынес решение о том, что на работу меня взять не могут.

Пока мне нужно постоянно находиться в Петербурге, чтобы поменять остальные документы, потому что у меня здесь прописка. Дальше посмотрим.

Анна, 27 лет: о неудачных собеседованиях и угрозах

— Время «перехода» было для меня очень нервным. Были проблемы с родителями, друзьями. В то время я работала в гипермаркете «Лента», в отделе обучения. Как только я написала первые тесты трансгендерной комиссии, то сразу оттуда уволилась. Можно сказать, сбежала, потому что мне не хотелось никому ничего объяснять.

Комиссия заняла у меня полтора года. Мы долго общались с психологом, потому что я была очень нервной. Врач настаивал на том, чтобы я устроилась на нормальную работу, мотивируя это тем, что мне нужно чем-то оплачивать операцию. Я не говорила ему, что не собираюсь ее делать.

Гормональную терапию я начала еще до комиссии. Для этого документы не нужны. Трансгендерным мужчинам в этом плане сложнее, потому что тестостерон просто так не купить без рецепта. А я могу просто прийти в аптеку и купить всё, что мне нужно. Специальных препаратов для трансгендерных людей, по сути, нет, девушкам, например, вполне подходят обычные противозачаточные таблетки.

Операцию я не делала. Кстати, есть небольшая несправедливость. Мастэктомия у трансгендерных мужчин считается операцией по смене пола. У женщин же операцией по смене пола считается исключительно стерилизация.

Во время «перехода» я в основном сидела дома. Первые полгода без необходимости не выходила на улицу. Многие не воспринимали мое решение всерьез, в том числе родители.

Долгое время считали, что я придуриваюсь. Приходилось сталкиваться с насмешками, угрозами со стороны окружающих. Как-то раз в гостях мне пообещали проломить череп.

Один бывший одногруппник хватал меня за грудь, чтобы проверить, настоящая ли она.

С поиском работы тоже были проблемы. В целом всё выглядело так: я записывалась как Аня, приходила на собеседование, мы нормально разговаривали, а потом я показывала свой паспорт и спрашивала, будет ли это проблемой.

В одной компании мне сказали: «Конечно, не будет, вы что, у нас люди даже с татуировками работают!». Но потом позвонили и сказали, что я им не подхожу. Компания «Яркий фотомаркет» — единственное место, где мне открыто сказали, что не возьмут меня из-за документов.

Они были очень добрые и корректные, но сказали, что не могут меня взять, потому что у них будут проблемы при проверках.

Многие не воспринимали мое решение всерьез, в том числе родители. Долгое время считали, что я придуриваюсь

По образованию я менеджер. До «перехода» у меня толком не получалось найти себя. Сейчас я работаю в Проекте правовой помощи, который как раз помогает трансгендерным людям сменить документы, устроилась туда сразу после комиссии.

Получив разрешение, я отправилась в загс со справками от врачей, в том числе эндокринолога. Спустя три месяца мне выдали отказ. Я подала заявление в районный суд, он прислал отказ в рассмотрении — по формальным причинам. Мы написали новое заявление в районный суд и параллельно — в городской. В итоге было много волокиты, процесс занял около полугода.

В апреле 2016 года наконец состоялся суд. Было неожиданно, но судья оказался довольно корректным и доброжелательным. Единственное, что он меня спросил: не передумаю ли я и не приду ли к нему через полгода, чтобы поменять всё обратно.

Как мне кажется, в России всё зависит от того, как тебе повезет: с заксом, судом, как специалисты напишут справки и как другие люди их прочитают.

Решение суда вступило в силу через месяц, в мае 2016 года, и я пошла с ним в загс. Там несколько раз перечитали решение и, видимо, не нашли, до чего можно докопаться. За это спасибо юристу Ксении Кириченко. Без нее всё могло бы затянуться. В тот же день мне выдали новое свидетельство о рождении.

Теперь мне нужно сменить паспорт, а после этого уже ИНН, пенсионное, диплом. Говорят, могут возникнуть проблемы со сменой диплома, но я надеюсь, что в моем вузе работают люди поадекватнее. Собираюсь получить загранпаспорт и съездить в путешествие.

В лондоне начались слушания по делу скандальной госклиники, где подросткам меняют пол. новости. первый канал

На два года вперед расписана запись на прием — такой популярностью пользуется услуга. При этом разрешения у родителей на подобные манипуляции никто даже не спрашивает. И это — попытка некоторых из них защитить еще почти детей от необдуманных экспериментов.

Имеет ли право подросток менять пол? Должно ли государство помогать ему? Эти вопросы перед судом и поставили британцы, которые подали иск. Они хотят положить конец порочной практике, которая сложилась в королевстве. Сейчас здесь несовершеннолетнему изменить пол легче, чем, скажем, сделать себе татуировку.

Читайте также:  Пейрафобия – страх сцены

Нанести рисунок на тело можно, только если тебе уже исполнилось 18. А вот изменить пол Кире Белл согласились после всего лишь двух встреч с врачом в клинике «Тависток». Тогда Кире было 16, и ей казалось, что она должна быть мальчиком. Сейчас Кире 23. Повзрослев, Кира хочет все вернуть. Чтобы спасти от этой роковой ошибки других подростков, Кира обратилась в суд.

«Мне прописали гормоны, и потом была операция, конечно, это очень тяжело перенести. Лечение серьезно травмировало меня, но главное — это решение оказалось далеко не самым лучшим», — рассказывает Кира Белл.

Мнение родителей вообще никто не спрашивает. Нужно лишь согласия самого пациента. Поэтому иск поддержала мама другого ребенка, который сейчас тоже хочет сменить пол, хотя родители против. Женщина скрывает имя. Ее интересы представляют адвокаты.

«Мы надеемся, что в результате это защитит детей от подобного экспериментального лечения, и в будущем получить разрешение на изменение пола дети и родители смогут только через суд», — говорит адвокат Пол Корнаф.

«Тависток» — единственная государственная клиника в Англии, где подросткам меняют пол. За последние несколько лет число обращений в больницу выросло в 30 раз. За смену пола активно агитируют и общественные организации трансгендеров.

Для детей уже выпускают гендерно-нейтральные куклы — это и не мальчик, и не девочка. А некоторые родители, следуя моде, воспитывают своих детей без упоминания их пола. Мол, вырастет и сам решит кто он.

Под соусом заботы о психике ребенка в Уэльсе ввели гендерно-нейтральную школьную форму. Теперь там брюки нельзя называть мужской одеждой, а юбку, соответственно, женской. Но проблема в другом, говорит бывшая сотрудница клиники «Тависток» Сьюзи Эванс. Многие дети просто не могут справиться со своими подростковыми проблемами. Им нужна не смена пола, а помощь психолога.

«В этой клинике подростков посылают на лечение слишком быстро, без серьезного изучения их психического состояния, и не рассматривая возможность решить проблему без операции. Я уверена, что дети до 18 лет просто не понимают, что с ними происходит, когда они принимают эти лекарства», — отмечает Сьюзи Эванс.

Подросткам в возрасте от 11 до 16 лет в клинике дают такие же препараты, как и сексуальным маньякам, которых приговорили к химической кастрации. Это так называемые гормональные блокаторы.

У детей они приостанавливают развитие половых признаков. Лекарство — экспериментальное. Многие врачи предупреждают, что последствия его применения до конца не изучены. Иск против клиники поддержали и активисты.

Они устроили у суда пикет.

«Молодым людям дают гормоны и делают операции, которые безвозвратно меняют их тело, а позже молодые люди понимают что совершили чудовищную ошибку. Это приводит к депрессиям и суициду. Если проблема у ребенка в голове, почему эти врачи лечат их тело?» — говорит активист.

Рассмотрение иска может длиться не один месяц. Все это время клиника «Тависток» будет работать как обычно. Подростков желающих изменить пол столько, что запись на прием расписана на следующие два года.

«Сменишь пол — выйду за тебя замуж»: история моего трансгендерного перехода

Сейчас я живу со своим третьим мужем, мы так и остались партнерами. Сын с нами, ему сейчас 20 лет. Мое решение о переходе сын воспринял спокойно. Я ему рассказал перед первой поездкой к психиатру в Санкт-Петербург. Сын сказал: «Отлично, теперь у меня есть папа». Ему, видимо, и так было понятно, что к этому всё шло.

С трансгендерами я почти не общаюсь. Я много их видел. Понял, что это такая, мягко говоря, жалкая группа людей, но одновременно очень жестокая. Трансгендеры подвергаются травле и при этом сами травят своих же, часто намного более жестоко, чем обычные люди.

Меня не приняли из-за того, что я женщина, ставшая мужчиной, но при этом не люблю пить, курить, ругаться матом, а это положено по моей гендерной идентичности. Трансгендерное сообщество мне навязывает эти установки. Я люблю украшения, браслеты, люблю одеваться, как историк моды Васильев. Это осуждается: «Ну что ты как баба?»

Мне кажется, они выпячивают свою ущербность, упиваются своим природным уродством. Мне очень близки слова руководителя трансгендерной комиссии, которую я проходил. Он говорил, что мечтает увидеть общество без навязанных гендеров, где человек такой, каким он хочет быть в рамках закона.

Я ощущаю себя мужчиной, и мне для этого не нужно быть гипертрофированным альфа-самцом. Для меня мужские поступки — это не поймал, подавил, убил.

Это про надежность, доверие, преданность, уважение, ответственность за женщину и ребенка. Человек не становится феминным от того, что сделал эпиляцию, принимает каждый день душ и пользуется дезодорантом.

А в трансгендерном обществе, если ты мужик — будь мачо.

То, что у меня токсичные мама и бабушка, я понял только три года назад, после нескольких лет терапии. Раньше я считал это нормой. Отец узнал о том, что я планирую менять пол, за месяц до своей смерти. Дед умер за четыре года до моего решения. Бабушка жива и не в курсе.

Мать знает, но я с ней уже два года не общаюсь. И тут дело не в смене пола. Я столько лет, несмотря ни на что, пытался добиться ее любви. В 2015 я получил медаль за вклад в экономику Таможенного союза. Рассказал маме, хотел услышать, что она гордится мной. Она ответила: «Тебе? Медаль? Лучше б деньгами дали.

Хотя ты и этого не заслуживаешь». Я как-то угас.

Три года назад я приехал к маме, и она ни с того ни с сего сказала: «Ты знаешь, я тебя так люблю». А я понял, что ничего не чувствую. Вообще ничего. Я сорок лет этого ждал, а услышав долгожданные слова, понял, что мне это уже не нужно. 

Самое сложное сейчас — работа. Я не могу ее найти с 2016 года. У меня есть диплом психолога, полученный параллельно с первым высшим образованием. В 2017 году я занялся вопросом переподготовки по психотерапии. Пришлось два года учиться заново.

Деньги за терапию я начал брать совсем недавно. Фактически меня давно содержит мой партнер. И это для меня больной вопрос. Для счастья мне не хватает самости. Я очень устал играть. Хочется прекратить быть удобным. Парадокс, я учу своих клиентов быть неудобными, но сам делаю это с переменным успехом.

У меня есть мечта. Я очень хочу уехать в Парагвай. Туда уехал мой приятель, вслед за которым я осуществил переход. Он рассказывает об этой стране как о рае. Он там счастлив. Но я боюсь уезжать. Дом сейчас для меня — это всё. Я уже четыре года почти не выхожу. Слишком много было ситуаций, связанных с моей идентичностью. Я избегаю встреч с незнакомыми людьми. Работаю дистанционно. 

Я очень хочу оставить какой-то след. Я даже начинал книгу писать с поэтичным названием «Жизнь одного эльфа». Пока не написал, поэтому согласился рассказать свою историю. Мне важно донести, что есть другие люди, возможно, странные, не такие, как все. В норму, которую нам навязывают, они не укладываются. Но они имеют полное право существовать рядом с теми, кто считает себя нормальными.

Как изменить пол в России — 3 шага

Здравствуйте дорогие гости и подписчики канала «На здоровье»! Очень много вопросов и комментариев вызвали мои прежние статьи по теме смены пола. Невозможно обойти ее в современном мире, так как спрос на данную процедуру растет все больше и больше, а споров и рассуждений не меньше.

Менять пол или не менять- дело самого человека, законом это не запрещено, да и не нам судить, не правда ли? Одно я могу сказать точно – медицина шагает в этом направлении очень уверенно, хирургическая коррекция является одной из самых сложных процедур и по способности выполнять такие операции, можно судить о развитии хирургии в стране.

Прошу, тех, кому не интересна данная статья не читать дальше и не писать озлобленные комментарии – помните, каждый имеет право выбора.

На сегодняшний день, сотни (если не тысячи) Россиян считают, что они не подходят к полу, с которым родились, и некоторые из них пытаются предпринять хоть какие-то шаги, чтобы это изменить.

Людей, которые хотят жить своей жизнью как противоположный пол, называют трансгендерами. К сожалению, у нас в стране нет официальной статистики, указывающей их точное количество. Однако мы знаем, что физическое изменение пола — очень сложный процесс (особенно у нас), и не все идут по одному пути.

Некоторые люди выбирают только гормональную терапию. Другие идут дальше и делают серьезные операции, чтобы осуществить переход полностью. Ниже я перечислю шаги, которые ведут к смене пола.

Предупреждаю сразу – на словах это звучит очень просто, но на деле это 3 ОГРОМНЫХ шага, занимающие, у некоторых, большую часть жизни, сил и средств, особенно в наших реалиях. Итак, поехали.

Шаг 1. Оценка психического здоровья

С этого все и начинается — с длительного посещения психиатра. Ему необходимо достаточное время, чтобы подтвердить диагноз — гендерная дисфория, которую раньше называли «расстройством гендерной идентичности».

Также он должен выявить другие психические расстройства (например, шизофрения), и выяснить, действительно ли вы испытываете страдания по отношению к своему полу. С его заключения уже комиссия будет решать – выдавать вам справку, разрешающую сменить пол или нет.

Если справку получить удалось, начинается следующий этап – наблюдение у эндокринолога.

Шаг 2. Гормональная терапия

Терапия направлена на вторичные половые признаки, такие как волосы на теле, мышечная масса и размер груди.

Женщины принимают мужские гормоны или андрогены. Эти гормоны делают их более мужественными. Они:

  • · Заглушают голос
  • · Увеличивают мышцы и силу
  • · Ускоряют рост волос на лице и теле
  • Женские гормоны могут сделать мужчин более женственными, а это:
  • Уменьшение мышечной массы и силы
  • Перераспределение жировых отложений
  • Истончение и замедление роста волос на теле и лице
  • Снижение уровня тестостерона

Некоторые физические изменения начинаются уже через месяц, хотя для достижения максимального эффекта может потребоваться до 5 лет.

Гормональная терапия повышает риск высокого давления, увеличения веса, апноэ во сне, бесплодия и многих других патологических состояний (нарушение свертывания крови, рост опухолей, повышение печеночных ферментов).

Из открытого доступа

Из открытого доступа

Очень важно соблюдать грань между эффективностью гормональной терапии и их безопасностью. Для этого нужно регулярно посещать специалистов. Также желательно не терять связь с психиатром, ведь гормональная терапия- это стресс для любого человека и в этот момент ему нужна поддержка.

Шаг 3. Операция

Около 75% трансгендеров никогда не прибегают к хирургическому вмешательству.

Для некоторых это вопрос стоимости — полный спектр хирургических процедур может стоить несколько миллионов рублей. А многим людям достаточно гормональной терапии, чтобы избавиться от чувства гендерной дисфории.

В случаях, когда одних гормонов недостаточно, возможно хирургическое вмешательство. Это серьезный и, в зависимости от процедуры, необратимый выбор. И пациенты, и их хирурги должны быть уверены, что это правильное решение.

Специалисты рекомендуют людям потратить 12 месяцев на гормональную терапию, прежде чем им сделают операцию по коррекции половых органов.

Как и все операции, процедура смены пола сопряжена с риском. Для мужчин это: отмирание тканей кожи, сужение уретры, свищи или аномальные связи между мочевым пузырем или кишечником. Для женщин- сужение, закупорка или свищ в мочевыводящих путях, отмирание тканей.

Таким образом, процесс смены пола уже сформирован как на законодательном уровне, так и на уровне здравоохранения. Осталось решить – стоит ли?

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *